пятница, 15 января 2016 г.

In Rust and Blood: Гонка преследования [2].




Двадцать первая серия.



* * * * *

...Я прослушал все десять записей, сделанных отцом. Последние из них были явно совсем новыми, тогда как первые - куда более старыми. Наверное, сделанными еще до того, как отец унес меня в Убежище. Если он меня туда уносил...

На одной из них была запись с женским голосом. Я сразу понял, что это голос моей матери.

Голос, который ребенок должен был бы слышать как минимум всё детство... А я впервые слышал его на старом потертом голодиске.




...Он ушел в Убежище 112, искать данные о некоем ученом довоенной эпохи. И о неком устройстве под названием ГЕКК. Наш путь лежал на запад Столичной Пустоши.

Но сначала...




-Ты куда рванул?

-Я хочу всё здесь обсмотреть.

...И найти как можно больше информации о том, кто я такой.




Единственной неисследованной частью Мемориала оставался подвал. Туда я и направился - и Джон, конечно, за мной следом.

Судя по всему, подвальные помещения были выделены под жилой сектор для работников проекта. Очень скоро я набрел на комнату, в которой была небольшая кровать, несколько лабораторных халатов...

А на стене висело "Откровение 21:6". Судя по всему, это была спальня родителей.




Вскоре мы наткнулись на небольшое помещение с медицинским оборудованием - бывший медицинский пункт. Лампы, операционный стол, инструменты...

И планшет с медицинскими записями, много лет покоившийся на кушетке. Я подошел и прочитал его.

"Мальчик, 45 см, 3 кг. Полностью здоров. Имя: Шадд."




Это место, где я появился на свет. Место, где сердце мамы остановилось, чтобы билось мое...

Чтобы я сейчас стоял здесь, не зная, что делать дальше.

Вот она - последняя, жирная точка, поставленная над тайной моего происхождения. Я родился в маленьком подвале мемориала Джефферсона, и никогда не имел к Убежищу какого-либо отношения.




-Чего в этот раз ревем?

-Тебе какое дело?

-Может, с тобой пореву.

Удачное ты время выбрал для шуточек, ничего не скажешь.

-Пошел ты к чертовой матери, Джон.




-Всё ты слишком буквально воспринимаешь. 

Он приблизился, положил руку мне на плечо. Вообще, я не люблю, когда ко мне прикасаются - но его прикосновения не вызывали дискомфорта.

-Я родился здесь, в этом помещении. И моя мать умерла сразу после родов. Вот и реву. Доволен?

-Да, доволен, - он вздохнул. - Мне как-то раз довелось увидеть настоящего выходца из вашего Убежища...





Я был почти уверен, что он говорит о том самом парне, о котором говорил Мориарти. Какая же Пустошь, оказывается, тесная.

-...И когда ты первый раз сказал мне, что тоже оттуда - я тебе не поверил.

А я всегда был "не оттуда". Сверстники меня сторонились, и если бы не отец - я все эти годы был бы совсем один...




Встречи с Аматой не в счет, потому что никакой душевной близости они не несли. Лишь телесную.

-Я уверен, что отец ответит на все твои вопросы, Шадд, когда мы его встретим.

Надеюсь.



----------------------------------------

 


Комментариев нет :

Отправить комментарий